Прошёл очередной рейд соцзащиты по неблагополучным семьям совместно с милицией. Я вновь увидел и ужаснулся, в каких условиях живут люди, отрешённые от нормальной жизни и погружённые в свой собственный мир – мир алкоголя, дебоша и деградации.
Всего нам предстояло проверить 13 адресов, первым из которых мы навестили пр. Мира, 32.
–14-летний Дима школу совсем забросил. Учёбу прекратил в середине 2-й четверти, а в третьей вообще не появлялся, – поднимаясь по лестнице, говорит соцработник Е. В. Чиркова.
Стучим в дверь. Далеко не сразу, но всё-таки «врата» отворились, и из жилища пахнуло стойким перегаром. В квартиру нас не пустили, чему я, если честно, даже обрадовался. Хозяйка (мать Димы) вышла на лестничную клетку с недобрым настроением. Сколько ей лет – сказать трудно, так поработал алкоголь. На вопрос, почему сын не ходит в школу, удивлённо поднимает брови:
– Как не ходит? Он у бабушки живёт, она его контролирует. Ко мне не заходит, общается с друзьями на Комсомольском, 7. Продукты у бабушки таскает на ту бесхозную квартиру. Я с ним разберусь, будет в школу ходить, – пошатываясь, обещает мамаша, но в это с трудом верится.
Далее – к бабушке в соседний дом. Узнав причину нашего визита, бабуля очень удивилась:
– Да как же? Я ведь каждый день в полвосьмого Диму бужу, накормлю, и он идёт в школу. Никакие продукты он не ворует. Не слушайте мамашу. Он у меня хороший. Друзья к нему часто приходят, гуляет с ними, домой возвращается в десять вечера.
– Бабушка нормальная, о ребёнке заботится, но возраст уже. Да и Дима раньше по библиотекам ходил, книжки читал. Помню, сам себя в лагерь собирал. Самостоятельный мальчишка, вот попал под дурное влияние. Теперь на бесхозной квартире целыми днями сидит вместо уроков, – рассказывают работники соцзащиты.
Квартира на Комсомольском, 7, пустует уже не первый год. В двери сквозная дыра. На наши стуки никто не открыл. «Там постоянно молодёжь собирается, пьют, курят. Уже не раз милицию вызывали, да всё без толку», – возмущаются соседи.
С Димой поговорят позже, а теперь – на пр. Мира, 42.
Проблема та же: дети в школу не ходят. Ира во второй четверти была один раз, а брат Виталя – ни разу. Ситуация повторяется: дикое удивление мамаши:
– Ира клялась, что пойдёт в школу, в восемь утра ушла. Неужели не дошла? Может, с друзьями где-то ходит, – мать называет фамилии.
– Да все они в школе, кроме вашей Иры. Сегодня вечером придём с ней поговорить. Пусть никуда не уходит. Виталю это тоже касается, – отвечают соцработники.
А мать стала жаловаться, что её дети не слушают. Остаётся одно: бросить пить и заняться их воспитанием.
Далее нас ждёт визит в «апартаменты» дома № 48 по пр. Мира. Дверь нам не открыли, но не могу не упомянуть о другом. Впечатляет путь до квартиры: длинный, тёмный коридор, какие-то доски, железки на полу. Шли на ощупь, рискуя провалиться в бездну. Наконец, уткнулись в дверь. Долго стучали, но бесполезно. Обратно двигались так же, как по канату, осторожно переступая шаг за шагом к спасительному свету.
А вот Комсомольский, 67, в буквальном смысле взял меня за душу. В одной из квартир обитает женщина с тремя детьми: 8-летней дочкой и двумя сыновьями, 2 и 3 года. В квартире постоянно сборища и пьянки. До детишек матери нет дела, и они, бедняги, ходят не нужные никому. Кормят их чужие люди: кто что даст.
– У меня сердце кровью обливается при виде несчастных, вечно голодных ребятишек. Была бы возможность, взяла бы их к себе, но у меня у самой дети, а денег не хватает катастрофически. Так, подкармливаю частенько. Жалко ведь, – чуть не плача, говорит соседка.
– Хоть одно трезвое лицо увижу? – задал я вслух вопрос в никуда.
– Вряд ли. Такой контингент. Именно поэтому мы к ним и едем. Пьянство – смысл жизни, гидролиз – брат родной, – отвечают на мой случайно выскочивший вопрос работники соцзащиты.
И не ошиблись. Запах перегара стоял всюду. Пьяные, опухшие лица внушали отвращение. Мне их жалко не было, сами выбрали такой путь. Жаль только детишек.
Ни в чём не повинные, они расплачиваются за чьи-то грехи, порой погибая от разгильдяйства и беспробудных «гидро-пати» любимых предков.
Василий КУЗАКОВ.
